Характеристики героев
423
Не нравится 0 Нравится

Борис Годунов



БОРИС ГОДУНОВ —

1) герой трагедии А.С.Пушкина «Борис Годунов» (перв. редакция — 1825, последующие до 1830; первонач. названия — «Комедия о царе Борисе и о Гришке Отрепьеве», «Комедия о настоящей беде Московскому государству, о царе Борисе и о Гришке Отрепьеве»; вариант жанрового обозначения — драматическая повесть). Историческим прототипом героя Пушкина является Борис Федорович Годунов (ок. 1552-1605) — боярин (с 1580), выдвинувшийся в годы опричнины, назначенный умирающим Иваном Грозным одним из опекунов его сына, Федора Ивановича; фактический правитель страны в царствование последнего; с 1598-го — царь и великий князь всея Руси. При создании образа основным источником послужила «История государства Российского» Н.М.Карамзина. От сюда Пушкин почерпнул сведения о том, что погибший в Угличе малолетний царевич Димитрий был убит по наущению Годунова. Эту легенду, достоверность которой во времена Пушкина вызывала серьезные сомнения, поэт положил в основу трагедийной коллизии. Стремясь «воссоздать век минувший во всей его истине», Пушкин тем не менее творит художественный образ, в котором черты исторического лица нанесены на портрет, сложившийся в воображении поэта. Помимо реального прототипа у пушкинского Б.Г. имеется ряд литературных прообразов. Это прежде всего герои Шекспира — Генрих IV, Ричард 111, Король Джон, Макбет, Клавдий. В Б.Г. можно проследить следы персонажей классицистической трагедии (в частности, Гофолии Расина). Влияние последней особенно существенно с точки зрения художественной эстетики образа. На Б.Г. не распространяется пушкинская формула стиля этой трагедии: «стиль трагедии смешанный» (письмо к Н.Н.Раевскому, 1829). Весь образ Б.Г. выдержан в едином патетическом стиле, тогда как Самозванец олицетворяет «смешанный стиль», соединяющий высокое и низкое, патетику и буффонаду, стихотворные и прозаические диалоги, что вполне соответствует образу романтического героя, каким является этот персонаж. Б.Г. и Самозванец, будучи сюжетными противниками, одновременно выражают противоборство двух художественных направлений — классицизма и романтизма. (Последнее способно многое объяснить в оценках героев трагедии современной Пушкину критикой: почему, например, П.А.Катенин ополчался на Самозванца, а В.Г.Белинский был особенно резок в суждениях о Б.Г.) Образ Б.Г. присутствует во всех (двадцати трех) сценах трагедии, начиная с самых первых реплик, из которых выясняется, что, «затворясь в монастыре с сестрою, он, кажется, покинул все мирское». Об «ужасном злодействе», совершенном Годуновым, ведут диалоги Шуйский и Воротынский, Пимен и Григорий Отрепьев, правление Бориса обсуждают Шуйский и Афанасий Пушкин; о его свержении говорит Марина Мнишек «у фонтана» — и так далее до последних сцен, когда толпа штурмует Кремль, чтобы «вязать Борисова щенка», а потом, узнав о новом злодействе («Мария Годунова и сын ее Феодор отравили себя ядом»), — «в ужасе молчит».

Незримо присутствуя на всем протяжении действия, Б.Г. непосредственно появляется ‘только в шести сценах трагедии. Его роль включает пять больших монологов и почти лишена диалогов. Последние остаются неразвернутыми, как бы обрываются на полуслове. Еще Н.А.Полевой не без иронии заметил, что пушкинский Б.Г. все время уходит. Ремарка «уходит» повторяется с редким постоянством. В первой своей сцене, после коронации, Б.Г, выслушав присягу бояр, уходит поклониться «гробам почиющих властителей России». В пятнадцатой картине просит беседы у Патриарха и сразу уходит. Услышав страшное обвинение Юродивого, опять уходит. В последней своей сцене сообщает Басманову, что «нужно поговорить», и уходит. Почти во всех случаях ремарка «уходит» возникает в момент, когда должен начаться диалог, способный прояснить нечто существенное. Уход буквальный (со сцены, из действия) символизирует психическое состояние Б.Г, его постоянное желание погрузиться в себя, спрятаться от посторонних глаз. Это, однако, не только состояние, но и положение Бориса, который, по его же словам, «отложил пустое попеченье»: став царем, по существу ушел от государственных дел и своих царских обязанностей; тем самым обрек себя на человеческое одиночество и социальную изоляцию.

Б.Г. у Пушкина — носитель трагической вины. Его вина не в убийстве царевича Димитрия. Это скорее трагическая ошибка, гамартия, по терминологии Аристотеля. Вина же Б.Г. (вина социальная и онтологическая) в том, что он принял на себя роль, оказавшуюся ему не по силам, взялся за царский гуж и его не выдюжил. Узнав, сколь тяжела шапка Мономаха, столкнувшись с неблагодарностью народа, посчитал самым лучшим отложить попеченье, полагая это занятие совершенно пустым. За ошибку Б.Г. судит себя сам, в полной мере осознавая, насколько «жалок тот, в ком совесть нечиста». Однако вины своей перед народом Б.Г. так и не понял, расценив как безумство, «когда народный плеск иль ярый вопль тревожит сердце наше». За эту вину, за бессердечие власти судит Б.Г. народ и осуждает его на гибель, отказав в поддержке «мнением народным». В конечном счете Б.Г. расплачивается за то, что все время «уходит». Наступает момент, когда начинают уходить от него — все приближенные, самые доверенные ему лица, подобно Басманову. Однако этот повсеместный уход царя от бояр и народа, народа от царя, всех от всех тем гибелен, что оставляет государство московское в состоянии анархии, делая его легкой добычей для интервентов.

Образ Б.Г. вызвал разноречивые толкования в современной Пушкину критике. Н.А.Полевой считал, что характеру героя недостает развития — показано одно лишь состояние предсмертной агонии обреченного на муки совести царя-преступника. В.Г.Белинский усматривал в пушкинском персонаже «мелкий и ограниченный взгляд на натуру человека». Как «жалкую мелодраму» расценил критик мысль поэта — «заставить злодея читать самому себе мораль». Иную оценку образу дал Н.И.Надеж-дин: герой, показанный «под карамзинским углом зрения, никогда еще не являлся в столь верном и ярком очерке». А.А.Дельвиг отмечал»Шв.Г. изображение «самых тайных изгибов сердца его».

Лит.: Винокур Г.О. «Борис Годунов». Комментарии // Пушкин А.С. Поли. собр. соч. 1937. Т. VII; Ду-рылин С. Пушкин на сцене. М., 1951. С. 65-91, 134-162; Гуковский Г.А. Борис Годунов // Гуковский ГА. Пушкин и проблемы реалистического стиля. М., 1957. С. 5-72; Непомнящий B.C. Наименее понятный жанр // Непомнящий B.C. Поэзия и судьба. М., 1987; Рассадин С. Два самозванца // Рассадин С. Драматург Пушкин. М., 1977. С. 3-58.

2) Центральный персонаж трагедий «Смерть Иоанна Грозного» (1862-1864), «Царь Федор Иоаннович» (1864-1868), герой трагедии «Царь Борис» (1868-1869) А.К.Толстого. Образ Б.Г. проходит через всю трилогию, являясь основным связующим звеном грандиозного по масштабу исторического полотна. Уже в первой трагедии образ Б.Г. определяет одну из важнейших тем нравственно-философской проблематики триптиха Толстого — тему «окольного пути». В «Царе Борисе» она получает дальнейшее развитие и завершение.

Пьеса начинается картиной полного торжества Б.Г, венчающегося на царство. Все славят правление мудрого и справедливого царя. Сам Б.Г. одержим одним лишь желанием — править во славу и во благо государства. В монологе, завершающем эту сцену, Б.Г. оправдывает окольный, кровавый путь, приведший его к власти. С прошлым покончено, ибо теперь «держит скиптр для правды и добра лишь царь Борис — нет боле Годунова». Б.Г. хочет царствовать, избегая крови и насилия; он мечтает о преобразовании государства. Но «прямой путь» для него, избравшего однажды окольный, невозможен. Причина его гибели — не в каких-то политических обстоятельствах, а в нем самом. Зерна злодеяний, посеянные в первой части трилогии, теперь прорастают и приводят героя к полной катастрофе. Объясняя финал «Смерти Иоанна Грозного», Толстой подчеркивал неотвратимость гибели Годунова: «Торжествует один Годунов и клеврет его Битяговский, но зритель предчувствует, что и им также придется пожать плоды посеянного ими семени». Образ Б.Г. становится наиболее последовательным воплощением одного из главных мотивов всей трилогии — мотива возмездия за совершенные преступления. От прошлого нельзя уйти. Над всеми начинаниями Б.Г. тяготеют его преступления: виновность в смерти Грозного, в смерти Ивана Петровича Шуйского и в самом страшном преступлении — убийстве царевича Димитрия. А.К.Толстой сосредоточивает свое внимание на внутренней душевной трагедии осознания тяжести греха и неотвратимости расплаты. Пушкинский Б.Г. тоже изнемогает под гнетом совершенного преступления, ибо он нарушил нравственный закон. Однако у Пушкина преступность Б.Г. не единственная причина его гибели. О существе трагедии своего героя Толстой высказался с предельной ясностью в одном из писем: «Бой, в котором погибает мой герой, это — бой с призраком его преступления, воплощенным в таинственное существо, которое ему грозит издалека и разрушает все здание его жизни. Я думаю, что я достиг этим большого единства, и вся моя драма, которая начинается венчанием Бориса на царство, не что иное, как гигантское падение, оканчивающееся смертью Бориса, происшедшей не от отравы, а от упадка сил виновного, который понимает, что его преступление было ошибкой. В финале трагедии герой Толстого приходит к осознанию того, что «от зла лишь зло родится» и оно ни человеку, ни царству «впрок нейдет».

Исполнителями роли Б.Г. были М.В.Дальский (1898, Александрийский театр), Ю.М.Юрьев (1900, там же), А.И.Южин (1902, Малый театр).

3) В опере М.П.Мусоргского «Борис Годунов» (1868-1872), либретто которой основано на пушкинской трагедии, образ Б.Г. соединил черты героев Пушкина и Толстого. Это, однако, не контаминация, а совершенно оригинальный образ, отмеченный своеобразным видением трагедийного характера. Музыкальный образ Б.Г. предстает как бы в обратной перспективе: над мудрым честолюбивым правителем, государственную мысль которого заглушают угрызения совести, берет верх предающийся мучительному самосозерцанию царь-отец. Усилен контраст между внешним величием и душевной подавленностью: даже тронная речь оборачивается исповедальной молитвой. Композитор отчасти оправдывал и идеализировал своего героя. Поэтому во второй редакции он расширил эпизоды душевных борений Б.Г., так что основным содержанием оперы стал не столько конфликт между народом и государем, сколько трагические противоречия личности.

Прародителем исполнительской традиции образа Б.Г. стал Ф.И.Шаляпин, впервые исполнивший эту партию в 1898 г. После Шаляпина Б.Г. Мусоргского обрел множество ярчайших исполнителей в лице А.С.Пирогова и М.О.Рейзена, И.И.Петрова и А.П.Огнивцева, Б.Христова и Н.Гяурова.

Понравился пост? Поддержи Rifmnet.ru, нажми:



Тематика: герои;